Земельные отношения в сельском хозяйстве края много лет оставались «за бортом». Только в последние годы, когда гектары стали «ходовым товаром», крестьяне наконец осознали, что они имеют. И перед ними встал вопрос: продать, сдать в аренду или вообще ничего не делать со своими паями.

Перед чиновниками тоже встали не менее сложные проблемы. Они ломают головы над тем, как навести порядок на полях. В частности, как перевести невостребованные или используемые не по назначению земли в муниципальную собственность. Сейчас в Госдуме активно обсуждается законопроект, согласно которому запутанные земельные отношения в России урегулируют и упорядочат.

Сегодня на Алтае более одного миллиона гектаров невостребованной земли, на которую никто так и не предъявил свои права. Остальные паи (более 3 млн гектаров) либо уже зарегистрированы, либо находятся в этой стадии. Интересно, что около года назад в крае была волна активной скупки паев. Тогда еще толком ничего не понимающие крестьяне охотно соглашались продать свои участки крупным предприятиям за «гроши», ведь холдинги, во-первых, давали возможность немедленного получения денег и, во-вторых, освобождали от грозящих бюрократических процедур с государственной регистрацией. Сегодня крестьяне уже не так наивны и осознают, сколько стоит их кусочек земли. Цена одного пая колеблется от 15 тысяч рублей в неблагоприятных районах до 50 – в урожайных.

«Таких людей, которые бы не торопились зарегистрировать земляные доли, практически нет, потому что земля уже второй год приобрела высокую ценность. На сегодняшний день не люди приходят ее сдавать, а арендаторы обращаются к пайщикам и просят: сдай мне в аренду», – говорит начальник Главного управления Алтайского края по сельскому хозяйству Александр Чеботаев. Арендный подход снимает с крестьянина финансовые обязанности. Жадный до земли предприниматель своими силами проводит все регистрационные процедуры: межевание, получение кадастрового номера, оформление документов в Центре регистрации недвижимости и составление договора долгосрочной аренды. Это самый дешевый способ зарегистрировать пай. Второй вариант – принять участие в общедолевой регистрации, когда сразу несколько пайщиков объединяются и официально оформляют, допустим, одно поле или же всю землю, имеющуюся у них в наличии. Это метод не особо затратный, но рискованный. Через некоторое время пайщики могут захотеть выделить свои участки. Тогда всю процедуру регистрации придется начинать с нуля. А это повторное вложение денег.

Третий вариант – оформить только свой пай. Но это дорого, в общей сложности сумма составит около 25–30 тысяч рублей. Подобное в силах потянуть не каждый крестьянин. «Я противник того, чтобы паи выделялись обособленно. Если каждый ограничит свой участок, то какая у нас «тельняшка» получится: на 200 гектаров будет от 10 до 50 хозяев. К тому же, чтобы замежевать, нужно обязательно определить границы земельного участка, например колышки вкопать, – рассуждает Александр Чеботаев. – Людям лучше объединяться. Я не говорю, что все хозяйство в тысячу человек должно создать единый массив. Это тоже будет неправильно. Но можно объединиться хозяевам отдельного поля с несколькими собственниками земельных долей и им сдать в аренду».

Во всех трех способах есть свои нюансы и сложности. Однако самые большие проблемы, которые пока неизвестно как решать, возникают с невостребованной землей. В крае миллион гектаров находится в подвешенном состоянии. Хозяева данных паев либо умерли, либо выехали за территорию нашего региона, не зарегистрировав землю. Брошенные наделы обрабатываются соседними хозяйствами наряду со всеми остальными, но по закону этого быть не должно. Да и непонятно, кто обязан платить налог на такую землю. Эта ситуация пока обусловлена «дырами» в законодательстве. Нет процедуры, по которой можно участки без хозяев сдавать или брать в аренду, и, соответственно, законно их обрабатывать. Не прописана и другая операция, по которой нерадивых владельцев можно было бы лишить права собственности и отдать их землю государству или муниципалитету без длительных процедур.

«Сегодня мне бы хотелось, чтобы в законе была строчка: если гражданин до 1 января 2009 года не предъявил свои права на земельную долю, то она переходит или в муниципальную, или в краевую, или в федеральную собственность», – предлагает Александр Чеботаев. Здесь правомерно возразить, что человек мог просто не успеть зарегистрировать свой пай, но столь же правомерно и замечание власти: «за 17 лет можно было найти время и распорядиться своим правом». Пока же в законодательстве зияют «дыры», поэтому лишить права собственности человека весьма сложно, даже если из-за него образуются пустыри. Может быть, новые законопроекты, которые будут рассматриваться и приниматься в Государственной Думе, дадут властям возможность навести порядок на земле. Хотя, конечно, за короткий период разобрать завалы десятилетий вряд ли удастся.

Ирина Вяткина